Этика отношений учителя и ученика

Далай-лама XIV

Из конспектов, сделанных на встрече Его Святейшества Далай-ламы с западными буддистскими учителями в Дарамсале в 1993 году. Отредактировано бхикшуни Тубтен Чодрон.

Image without description

Западный буддистский учитель (ЗБУ): Каковы качества хорошего учителя?

Е. С. Далай-лама (ЕСДЛ): К каждому учителю есть определенные требования. Они описаны в Винайе, в махаянских текстах, таких как «Махаянасутраламкара», и в тантрах1.

В прошлом учителей не назначали. Было так: благодаря упорному обучению человек становился хорошим практикующим. Если кто-то приходил и просил этого человека об учении, то он или она обучали этих нескольких студентов. По мере того, как ученики упражнялись и взращивали в себе добрые качества, у других появлялось уважение к их учителю, и постепенно этот человек получал славу великого учителя. Благодаря тому, что это естественный процесс, меньше опасность того, что известным учителем станет дурной человек. В монастырской системе процесс становления учителем был в определенной степени организован. Но в наше время слово «учитель» указывает на кого-то из академической среды, кого по выполнении некоторых требований организация назначает учителем — независимо от того, есть у него ученики или нет. В будущем, возможно, буддисты могли бы создать организацию для сертификации учителей после экзаменов на понимание дхармы и норм поведения.

Каждый буддистский центр мог бы сформировать требования к учителям различных уровней, давать инструкции по отбору учителей. Как я всегда подчеркиваю, вначале следует считать человека, объясняющего дхарму, не гуру, но другом по дхарме. Через год или два, когда оба хорошо друг друга узнают, у студента может появиться убежденность в том, что это человек надежный, и он доверится ему как своему гуру. Тогда их отношение становится отношением гуру и ученика.

Многие проблемы, с которыми сегодня сталкивается буддизм на Западе, появились из-за того, что это ранняя стадия передачи дхармы в западные страны, и давать учения могут шарлатаны и люди неквалифицированные. Однако по мере того, как буддизм больше укореняется в культуре и люди лучше понимают его, они будут узнавать, как оценивать качества учителей и защищать себя. Это часть естественного процесса укоренения дхармы.

Последние тридцать лет в Тибете повсюду идет разрушение буддизма. Сегодня, когда свободы сравнительно больше, происходит возрождение, но все равно некоторые люди пользуются этой ситуацией. В Лхасе есть люди, утром обряжающиеся в монахов и проводящие пуджи для тех, кто готов заплатить; а после полудня они идут напиваться или даже воровать. Люди настолько желают изучать дхарму и встречаться с представителями религии, что их легко провести. В Тибете до 1959 года было, и сейчас в Индии есть множество лам и монахов, и потому существует выбор. Меньше опасность, что человека обманут или им воспользуются. Со временем больше западных людей получат хорошее понимание Буддадхармы и качеств, которые нужно искать в хорошем учителе. А проблем, происходящих от неквалифицированных учителей, станет меньше. В настоящее время тем не менее мы испытываем проблемы в этом смысле, и нужно находить способы минимизировать вред.

Есть примеры лам и монахов, которые никогда не имели бы возможности давать учения и посвящения в тибетском сообществе, но на Западе они вдруг делаются великими ламами. Если речь о ком-то, кто не имел возможности проявить свои сильные качества и в тибетской общине вел себя скромно, то это вызывает восхищение. Но если некто просто пользуется ситуацией на Западе, чтобы рекламировать себя, это вызывает грусть.

ЗБУ: Некоторые учителя говорят, что если вы ученик, то нужно следовать обетам, но когда вы становитесь просветленным учителем, то это уже не нужно. Необычное поведение некоторых учителей объясняют как проявление умений этого человека, его достижений и сострадания, которые люди меньших познаний понять не могут. Утверждая так, некоторые буддистские учителя неумело пользуются деньгами, властью, сексом, наркотиками или алкоголем. Это многих дезориентирует, а некоторых заставляет потерять веру в дхарму. Правильно ли такое поведение и его обоснование?

ЕСДЛ: Исторически, хотя некоторые буддистские святые действовали этически странно, они были полностью реализованными существами и знали, что приносило другим пользу в долгосрочной перспективе. Но сегодня такое поведение вредно для дхармы, и его следует останавливать. Хотя у кого-то могут быть достижения такие же, как у святых существ, поведение должно соответствовать установленным нормам. Если кто-то утверждает, что раз все обладают умом будды, то допустимо любое поведение, или что учителям необязательно следовать этическим обетам, — это указание на отсутствие у них верного понимания пустотности или причинно-следственных связей.

Каждый несет ответственность за свое поведение. Существу с полной реализованностью все равно, поглощает ли он мочу, испражнения, алкоголь или человечину2. Но если бы тем учителям-буддистам, что ведут себя этически неверно, пришлось есть испражнения или пить мочу, сомневаюсь, что им бы это доставило удовольствие!

Тантрическая практика ни коим образом не может оправдывать неэтичное поведение. Если человек хорошо понимает Ваджраяну, то у него нет оснований оправдывать плохое поведение. В одной из тантр сказано, что идеальному тантрическому практикующему-мирянину следует полностью следовать Винайе (монашеской дисциплине), но не носить при этом робы и не участвовать в монашеских церемониях. На очень продвинутом уровне высших тантрических практик соединение мужских и женский органов — это техника для выявления наитончайшего ума и достижения глубочайшего понимания реальности. Это использование физического тела как механического устройства для углубления прозрения, но при этом нет страстного желания, телесных выделений и оргазма. Фактически, это способ преодолеть страстное желание. В прошлом в Тибете практикующий должен был продемонстрировать сверхъестественные способности, такие как полет по воздуху, чтобы доказать свою квалифицированность для такой практики. Если кто-то был неспособен проделать это, ему не разрешалось использовать эти техники. В настоящее время есть очень мало тибетских мастеров такого уровня. Дилго Кхьенце Ринпоче, которого я уважаю, высказал мнение, что сегодня есть несколько высоко реализованных практикующих, способных выполнять такие упражнения. Сам я знаю, что некоторые созерцатели, живущие в горах и строго придерживающиеся Винайи, достигли необычайных реализаций.

Если кто-то ясно излагает учения, то другие получают пользу. Но если кто-то должен распространять дхарму, а поведение его вредоносно, то наша ответственность — с хорошей мотивацией высказать критику. Это конструктивная критика, и не стоит чувствовать себя неловко, поступая так. В «Двадцати строфах об обетах бодхисаттв??» сказано, что не может быть ничего дурного в действии, совершенном с чистой мотивацией. Буддистских учителей, которые злоупотребляют сексом, властью, деньгами, алкоголем или наркотиками и которые, услышав обоснованные жалобы учеников, не исправляют свое поведение, следует критиковать открыто и поименно. Это может пристыдить их, заставить раскаяться и прекратить свои злоупотребления. Выставление отрицательного на свет позволяет положительному возрасти. Когда о подобном плохом поведении рассказывают общественности, нужно ясно показать, что такие учителя пренебрегли советом Будды. Однако рассказывая публично об этических проступках буддистского учителя, справедливо упомянуть и его хорошие качества.

Буддистские учителя в дхарма-центрах не должны распоряжаться финансами центра. Им следует сосредоточиться на обучении, а члены общины пускай управляют финансами. Также и алкоголь часто оказывается корнем этических проступков. В тибетском обществе большинство мирян пьют алкоголь, хотя и считают себя буддистами. Но Будда ясно сказал, что любой, кто называет себя учителем, не должен употреблять и капли алкоголя3.

Image without description

ЗБУ: Некоторые писания советуют нам рассматривать гуру как будду; однако это кажется неприемлемым, если учитель ведет себя неэтично. Как относиться к таким учителям? Следует ли нам следовать всем советам, которые дает учитель, — даже если они кажутся неэтичными или немудрыми?

ЕСДЛ: Неумело учить новичков рассматривать своего гуру как будду. Изучая Винайю, Махаяну и тантрические тексты, мы видим развитие в том, как следует видеть и относиться к своему учителю. На первом уровне, Винайе, Будда Шакьямуни принимается как единственный просветленный учитель на современном этапе развития дхармы. Видение своего учителя буддой не упоминается. Вы рассматриваете учителя просто как учителя, а настоятеля как настоятеля, и относитесь к ним на человеческом уровне. Вы рассматриваете учителя как мудрого старейшину, искреннего практикующего, у которого можно поучиться. На втором этапе гуру рассматривается как равный или подобный Будде, в том смысле, что карма, накапиваемая в отношении со своим учителем, подобна карме, накапиваемой по отношению к Будде. Другими словами, делая подношение или нанося вред своему учителю, накапливаемая карма равна [той, что возникает] при действиях по отношению к самому Будде.

Только когда вы достаточно созреете, вам следует учиться тантрическому видению гуру, дающего вам посвящение, как Будды. В тантрической практике мы стараемся видеть всех существ буддами, а окружающий мир — чистой землей; поэтому было бы абсурдно не видеть учителя буддой. Однако этому воззрению не следует учить новичков. Понятое неправильно, оно дает гуру карт-бланш; оно как яд, уничтожающий учение, гуру и ученика.

Как есть три способа отношения к гуру, есть и три способа реагировать на его распоряжения, если те противоречат дхарме. Согласно Винайе, если учитель говорит вам совершить недхармическое действие, следует отвергнуть такой совет. Согласно Парамитаяне (колеснице бодхисаттв), если инструкция согласуется с буддистским путем, последуйте ей. В противном случае, не следуйте ей. Согласно Ваджраяне, или Тантраяне, если гуру дает инструкцию, которая не согласуется с дхармой, ученику не следует следовать ей и следует обратиться к учителю, чтобы рассказать и объяснить, почему он не может выполнить ее. Этот совет происходит напрямую от Будды, и его можно найти в писаниях. То же правило работает, если вы считаете совет своего учителя неумелым или немудрым — при этом он может даже быть этичным. Чистоты мотивации учителя недостаточно: инструкция должна подходить к данной ситуации и культуре данного места.

Если гуру отказывается принимать ваши сомнения относительно следованию его недхармической или неумелой инструкции и прогоняет вас вон, пакуйте свои вещи и уходите. Ваш гуру может сказать, чтобы вы уехали в физическом смысле, но он не может заставить ваш ум отойти от дхармы.

На уровне вашей личной духовной практики важно иметь веру и почтение к своему гуру и видеть этого человека в положительном свете, чтобы духовно двигаться вперед. Но на уровне существования буддизма в рамках общества рассматривание всех действий учителя как совершенных подобно яду, и этим можно злоупотреблять. Такое оношение портит все наши учения, потому что дает учителям лицензию на любые злоупотребления. Если бы для достижений было достаточно одной веры, тогда не были бы нужны квалифицированные учителя. Тогда Будде не пришлось бы перечислять требования к гуру на уровнях Винайи, Парамитаяны и Тантры.

С тех пор, как я начал давать учения, я упорно тружусь. Поэтому мне не требуется подобной лицензии, и я не говорю другим рассматривать все мои действия как чистые. Если я ошибаюсь, людям следует видеть это как ошибку и открыто сказать об этом. Некоторые люди могут посчитать такое отношение бунтарским, но если бы мы все так действовали, то сегодня у нас было бы меньше проблем.

Будда всегда оставался скромным, и он наш гуру. На своем пути он очень упорно трудился, жил скромно и упражнялся последовательно. Сегодня многие считают себя более привелегированными, чем сам Будда, и поэтому им не требуется делать то же, что он. Но фактически, нет никого выше Будды, и нам следует следовать примеру Будды.

У меня было много учителей, и для меня неприемлемо рассматривать все их действия как чистые. Двое моих регентов — двое из шестнадцати моих учителей — боролись друг с другом за власть и даже втянули в это тибетскую армию. Сидя в медитации, я чувствую, что они оба были добры ко мне, и у меня глубокое уважение к ним. Их стычки неважны. Но когда мне приходилось разбираться с ситуацией в обществе, я говорил им: «То, что вы делаете, неправильно!» Нам не следует чувствовать конфликта лояльности, когда мы так поступаем. В своей практике мы можем рассматривать поведение гуру как поведение махасиддхи4, а действуя в обществе — следовать общему буддистскому подходу и говорить, что такое поведение неправильно.

То, что в интересах Буддадхармы, гораздо важнее, чем что-либо, касающееся индивидуального гуру. Поэтому если нужно раскритиковать гуру, чтобы сохранить Буддадхарму или принести пользу нескольким сотням его учеников, не сомневайтесь. После этого вы можете подойти к такому учителю и объяснить, что вы так поступили с чистой мотивацией. Если гуру разозлится, это очередной признак его недостатков.

В письменах сказано, что так как мы не можем быть уверены, кто бодхисаттва, а кто нет, нам никого не следует критиковать. В этом контексте можно рассматривать Мао как бодхисаттву, и мы его не критикуем. Это на частном уровне — то, как мы видим его в своем уме. Но в смысле независимости Тибета, я не могу сказать, что Мао хорошо сделал, что уничтожил нашу религию и нашу страну! Я должен высказать свое мнение! Между этими двумя воззрениями нет противоречия.

Если вы пока не приняли кого-то в качестве гуру и узнаете о неправильном поведении этого человека, вы можете прекратить это отношение. Если вы уже приняли от него тантрические посвящения, избегайте возникновения неуважения или антипатии. В таких случаях «Калачакра-тантра» советует нам сохранять нейтральное отношение и в дальнейшем не развивать эту связь. Вы можете соблюдать дистанцию, по-прежнему считая этого человека своим гуру, потому что в прошлом он принес вам дхармическую пользу.

Если кто-то является учеником учителя, злоупотребляющего своей должностью, и вы видете, что отношение с этим учителем вредно для него, то вам следует предостеречь такого ученика. Но если это безвредное отношение, то не следует в него вмешиваться. Создаете ли вы отрицательную карму, разделяя ученика и учителя, — ключевым здесь является ваша мотивация. Действий, мотивированных злостью или осуждением, следует избегать, а действия, происходящие из сострадания и терпимости, являются благими.

Когда азиатские учителя оказывают давление на западных людей, чтобы те собирали или давали деньги на их монастыри, вам следует применять различение. В некоторых случаях, когда есть обоснованная нужда и деньги помогут людям, а не просто пойдут на строительство пышного и пустого здания, хорошо оказать такую помощь, если у вас есть такая возможность. Но когда деньги используют для других целей, таких как приобретение ювелирных украшений для членов семьи учителя, это коррупция, и потворствовать ей значит развращать учителя, не иначе.

ЗБУ: Есть такие учителя, которые, как кажется, имеют глубокие реализации пустотности, но их этическое поведение оставляет желать лучшего. Как может кто-то иметь такие достижения и по-прежнему вести себя подобным образом?

ЕСДЛ: Проблемы возникают из-за нехватки внутренней силы. Хотя человек учит дхарме, по-прежнему может быть зазор между дхармой и его жизнью. Когда есть противоречие между чьими-то, предположительно, высокими реализациями и его этическим поведением, эта реализация может оказаться не настолько высокой, как кажется. Хотя способность сохранять однонаправленное сосредоточение или неконцептуальное состояние ума — это реализация, все же она не очень глубока. Это не реализация пустотности, абсолютной природы.

Созерцая пустотность, люди могут по-своему заблуждаться. Некоторые ошибочно приходят к крайности отрицания причины и следствия, в случае чего их «реализация» пустотности неверна. Другие выполняют созерцание в неконцептуальном состоянии ума и принимают его за пустотность. Или же их медитация на тонком уровне подвержена влиянию притупленности, и ее принимают за реализацию. Это случается из-за недостатки знаний о потенциальных ловушках в созерцании и противоядий к ним.

Пустотность — это не ничто. С одной стороны, вещь пуста; с другой стороны, она возникает в зависимом режиме. Пустотность не пуста от существования; она пуста от независимого существования. Поэтому она должна зависеть от других вещей. Важно убедиться в том, что у вас верное понимание пустотности. Понимающие пустотность верно, в значении зависимого возникновения, знают, что если они неправильно себя ведут, то все равно познают последствия [своих поступков]. Поэтому они воздерживаются от неэтичного поведения.

У нас есть положительное и отрицательное чувство своего «я». Реализация пустотности разрушает отрицательное, а не положительное чувство собственного «я». Без сильной воли бодхисаттва не может противостоять и сражаться со своим эгоцентричным настроем. Взращивание такой воли требует огромной уверенности в себе, а это область положительного самоощущения. Отрицательное самоощущение функционирует без здравого смысла, просто по принципу «Я хочу то или это», и его следует игбегать. Положительное ощущение себя, с другой стороны, функционирует на основе разума, и с ним мы можем взрастить уверенность и волю, нужные для преодоления негативностей. Потому не следует заблуждаться и думать, что достижение бессамостности делает вас слабым.

Настоящая реализация должна привнести в вашу жизнь перемену. Знак усвоения учений — то, что ваше поведение, направленное вовне, становится спокойным. Знак реализации учений на собственном опыте — это устранение ваших омрачений. Если правильно созерцать пустотность, естественным образом будут возрастать ваше сострадание и этическая самодисциплина. Даже если вы промедитировали тридцать или сорок лет, но не пришли к этим результатам, то с вашей практикой что-то не так, и время было потрачено впустую. Причина — в недостатке должной учебы в начале. Раньше, чем начать много заниматься медитацией, важно узнать, как следует правильно медитировать: какие есть препятствия для совершенной сосредоточенности? Какие к ним есть противоядия? Что подразумевается под «пустотностью» и как нам воспринимать ее в созерцании? Как, в широком смысле, пустотность будет сказываться на нашей повседневной жизни? Когда мы узнаем это от квалифицированных учителей, тогда наши созерцательные упражнения будут происходить более гладко и приносить хорошие результаты.

Беспорядочные состояния ума преодолеваются постепенно, а не все сразу. Первый раз вы по-настоящему устраняете порцию омрачений на пути видения, когда у вас происходит прямое, неконцептуальное восприятие пустотности. До этого этапа, когда вы встречаетесь с обстоятельствами, порождающими омрачения, вам следует следить за этичностью своего поведения. В развитии такого самоконтроля важны два фактора: чувство собственной целостности и учитывание интересов других существ. Так как буддистские учителя, ведущие себя неправильно, не имеют этих двух качеств и не заботятся о следствиях поступков для себя самих и других, то может быть полезным, в качестве друга по дхарме, высказаться и объяснить им свое несогласие. Это может помочь им развить ощущение собственной целостности и заботы о других, что обуздает их разрушительное поведение.

Image without description

Ум настолько сложен, а омрачения настолько запутанны и сильны, что одна одинственная практика не сможет совершенно устранить все отрицательные состояния. Потому Будда создал разработанную стратегию для преодоления омрачений. Если в битве мы недооцениваем силу своего врага, то оказываемся в большой беде. Аналогично, в практике дхармы нам не следует недооценивать силу омрачений.

Некоторые традиции, некоторые люди говорят о высоких практиках и прямом пути. Хотя для определенных особых личностей этого может быть достаточно, большинству этого не хватит. Некоторые люди произносят возвышенные слова, но если в повседневной жизни случается что-то огорчительное, то они оказываются неготовы и не справляются. Поэтому, в целом, я предпочитаю постепенный путь.

ЗБУ: Некоторые ученики боятся нарушить самайю — преданность и связь с гуру, — если они открыто заговорят о том, что кажется им злоупотреблением. Злоупотребления учителя разрушают самайю и освобождают ученика?

ЕСДЛ: Я не знаю. Хотя в некотором смысле гуру нарушил самайю, это не позволяет ученику также нарушать ее. Если гуру совершает убийство, это не значит, что я тоже могу это сделать! Мы не должны следовать дурным примерам! Нам нужно придерживаться общей картины мира в смысле того, что хорошо, а что дурно. Я уже говорил ранее о ситуации с двумя своими регентами. Хотя я испытываю глубокую веру и уважение к своим учителям и считаю их высокодуховными существами, я не колебался, критикуя их поведение, потому что те действия были неправильными, независимо от того, кто их совершил. Я не говорил из чувства ненависти или неуважения, но потому что я люблю Буддадхарму, а их действия ей противоречили.

Важно различать две вещи: человека и его поступки. Мы критикуем действие, а не человека. Человек нейтрален: он хочет стать счастливым и преодолеть страдание, и когда прекратятся его отрицательные поступки, он станет нашим другом. Беды создаются омрачениями и действиями. Высказывания против поступков не означают, что мы ненавидим данного человека. Например, мы, тибетцы, боремся против несправедливости китайцев, но это не значит, что мы против китайцев как человеческих существ, даже если они жестокие. В созерцании я стараюсь взращивать подлинное сострадание к таким людям, при этом находясь в оппозиции к их поступкам. Потому мы можем критиковать злоупотребления учителя или его отрицательные качества и при этом уважать его как человека. У этого гуру все равно есть благотворные качества. Проступок не разрушает его хорошие качества. Если таким образом выражать критику, то не будет опасности переродиться в аду. Ключом является мотивация: неправильно говорить из чувства ненависти или жажды мести. Однако если мы знаем, что если не выскажемся, то неправильное поведение продолжится и навредит Буддадхарме, и мы при этом все равно молчим, — тогда это неправильно.

ЗБУ: На Западе идет активная дискуссия о приемлемости сексуальной связи в случае, если партнеры не имеют одинаковой власти или статуса в своих отношениях. Как вы считаете, может ли сексуальная связь между буддистским учителем и учеником быть приемлемой?

ЕСДЛ: Может случиться так, что не состоящий в браке учитель, давая учения, встретит не состояющую в браке ученицу5. Если их отношение развивается нормально, с обоюдным согласием и уважением, и они решают пожениться, то это хорошо. Когда в своих отношениях двое людей относятся друг к другу как к равному, то во время сексуального контакта не будет различия власти или статуса. Учитель тогда не будет на троне! Однако если учитель сегодня с одной ученицей, а в следующем месяце с другой, то это неправильно. Также неправильно насильно совершать сексуальный акт или принуждать к нему. Неправильно и злоупотреблять концепцией дакинь, например, заявляя: «У тебя знаки квалифицированной дакини». Или льстя ученице: «У тебя большой дхармический потенциал». Женщины не должны бояться говорить «нет»!

ЗБУ: На Западе многие специалисты разрабатывают алгоритмы действий в случаях насилия. Есть ли азиатские методы противодействия злоупотреблениям и помощи пострадавшим от них?

ЕСДЛ: В случае монашества, если полностью нарушается любой из коренных обетов — воздержание от убийства человека, от кражи ценного объекта, от сексуальных актов (гетеро- или гомосексуальных) и от лжи о своих духовных достижениях, то этот человек должен покинуть монастырь и больше не является монахом. Помимо этого, я не знаю о других институциональных приемах в других подобных случаях.

Все формы насилия противоречат общим правилам буддизма. Если индивид не слушает указаний Будды, то вряд ли он будет слушать таких обычных людей, как мы. Я уже высказался о том, что когда учитель явно действует неэтично и ученики уже безрезультатно попытались обсудить это с ним, то единственным выходом будет открыться об этом в своем сообществе. Предполагаю, что учитель будет пристыжен и смущен и решит изменить свое поведение. Я одобряю ваши мысли на этот счет.

Кто-то почти теряет веру и уважение к Будде, если буддистский учитель принуждает его к сексуальным отношениям. Для меня это очень грустно. Если объяснить людям, что такие действия противоречат общим буддистским правилам, то их сомнения в Будде и дхарме могут снизиться. Как я уже объяснил, если какой-то учитель дает инструкции, противоречащие пути, вам не следует их выполнять. Если кто-то хочет увидеть письменные источники, подтверждающие этот пункт или другие, то мы можем предъявить их.

ЗБУ: Реакция буддистского сообщества на нашу первую конференцию в 1993 году в целом была положительной и поддерживающей. Однако некоторые были обеспокоены тем, что им навязывают кодексы поведения, и мы бы хотели рассеять их опасения.

ЕСДЛ: Мы буддисты, и наша мотивация должна быть ясной и искренней. Так как в развитых странах происходит моральный кризис, мы должны объяснить, какое поведение правильное согласно дхарме, и сами должны жить таким образом. Мы не изобретаем этичное поведение и не навязываем его другим: сам Будда описал его и установил различные наборы обетов. Как искренние последователи Будды мы просто напоминаем себе и другим о том, что сказал Будда. Если кто-то не хочет этому следовать, это его право. Но если кто-то считает Будду учителем, то важно уважать установленные Буддой этические принципы.

Эта проблема была затронута на первой конференции, и результаты были. Нам следует продолжать этот процесс и подключать представителей разных групп. Благодаря этому люди убедятся в том, что наша забота — только о Буддадхарме, и ни о чем другом. Если кто-то сомневается в этом, то появляется недопонимание. Однако даже если люди обсуждают предмет правильно, иногда все равно могут возникнуть подозрения и недопонимание — из-за недостатка ясности и взаимного контакта. Чтобы это преодолевать, нам нужно продолжать устраивать такие встречи и приглашать западных и азиатских учителей других традиций. Каждому должно быть позволено говорить открыто и высказывать свои мысли. Так мы сможем обсуждать и устранять недопонимания.


Источник: Bhikshuni Thubten Chodron (ed.). Ethics in the Teacher-Student Relationship: The Responsibilities of Teachers and Students. Interview with H. H. the 14th Dalai Lama, Tenzin Gyatso. Tibetan Buddhism in the West. Problems of Adoption & Cross-cultural Confusion

Права на исходный текст принадлежат автору, редактору и издателям.

Источник фото №№ 2 и 3: сайт «Мудрость прощения» (фотограф Виктор Чен)


  1. В тибетском буддизме говорится о трех видах практики: Винайе, Махаяне и Ваджраяне (Тантраяне). В практике Винайи (слово «Винайя» здесь используется в его более общем смысле, объясненном в предыдущем примечании) происходит поиск освобождения от цикличного существования. Для его осуществления практикующий принимает прибежище в Трех драгоценностях, старается избегать десяти разрушительных поступков и принимает обеты последователя Будды — мирянина или монаха. Мирских обетов пять, а монашеские обеты бывают для монахов, только что принявших посвящение и для полностью посвященных. В практиках Махаяны и Парамитаяны ищут полного просветления с тем, чтобы наиболее эффективно приносить пользу другим существам. Чтобы актуализировать это, принимаются обеты бодхисаттвы и практикуются шесть парамит (шесть совершенств, или «далеко ведущих состояний ума») — щедрость, этику, терпение, радостное усердие, сосредоточение и мудрость. Ваджраяна — это ветвь Махаяны, и потому мотивация в ней та же: стать способным нести пользу другим наиболее эффективно и стать благодаря этому полностью просветленным Буддой. Есть различные классы Тантры, и все они включают посвящение в практики созерцания божеств. В высоких классах Тантры принимаются тантрические обеты. В Ваджраяне есть особые созерцательные техники, такие как визуализация себя в образе Будды и работа с тонкими телесными энергиями и тонкими уровнями сознания. Практика Ваджраяны основана на практике Махаяны, а она, в свою очередь, основана на практике Винайи. Так как существуют эти три вида практики, есть и три вида учителей: в каждом из них следует искать различные качества, и к каждому должно быть особое отношение. При том, что описанное выше не обязательно является структурным подходом всех буддистским традиций, Его Святейшество говорит здесь с точки зрения Ваджраяны, практикуемой в Тибете. ↩︎

  2. На очень высоких уровня пути, когда человек обладает прямой, непонятийной реализацией пустотности и подчинил все концепции самосущего существования, он не видит феномены так же обыденно и дуалистично, как видим мы, простые люди. Потому, если он выпьет мочу, алкоголь и т. п., то не среагирует так, как мы, но увидит эти вещи чистым взглядом. ↩︎

  3. Его Святейшество говорит здесь с общей точки зрения пути сутр. На тантрическом пути алкоголь иногда используется в некоторых ритуалах. Так как в тантрической медитации работают с преодолением и преобразованием обыденных образов и цепляния за обыденное, алкоголь преобразуется силой созерцания в чистую сущность, и с этим осознаванием его можно попробовать. Есть рекомендация для людей без тантрических реализаций пробовать во время такого ритуала только незначительную порцию алкоголя. Однако люди с высокими реализациями могут выпивать алкоголь, и это не нарушит ни их осознанности, ни умственной ясности. ↩︎

  4. Махасиддха — это высокореализованный тантрический практик, который может порой действовать неконвенционально. Хотя его поведение может не соответствовать социальным нормам, мотивация, реализация и поступки такого человека чисты. ↩︎

  5. В английском оригинале не уточняется пол учителя и ученика. — Прим. русск. перев. ↩︎